— Вот представь, была Римская империя, вроде СССР.

— Понятно.

— А в ней была союзная республика Иудея.

— Ну вот уже по-человечески.

— Там был первый секретарь, по-ихнему первосвященник, Анна, как положено из местных. И зам у него был по оргпартработе – Каиафа. А второй секретарь, как положено был из центра, назывался прокуратор.

— Это Понтий Пилат который? И что они не могли сразу по-человечески написать! Ну и ?

— Ну и вот, был у них большой партийный праздник песах. Все готовятся, там отчетные собрания, торжественные доклады, все как обычно. А тут вдруг приезжает на осле какой-то диссидент. Деклассированные элементы ему осанну кричат. Нехорошо.

— Ага, поняла, это Христос значит. А в чем было его диссидентство?

— Ну, он выступал против формализма и начетничества.

— Ясно, волюнтарист!

— Ну типа того. Общественник Иуда доложил куда надо, Христа повязали, засунули в обезьянник, решили устроить показательный процесс. — То есть гласность у них была!

— Контролируемая. Анна и Каиафа собрали пленум, стали решать как бороться с чуждыми проявлениями. Распять диссидента у них полномочий не было, санкция нужна была из центра, вот они и прошли ко второму секретарю Понтию Пилату. Говорят, давай распни диссидента этого, а то мы настучим, что ты провалил работу с местными кадрами.

— Да, эти баи в союзных республиках вечно так… Хорошо еще хоть спросили. Ну и дальше что?

— Понтий Пилат им говорит: не вешайте на меня своих диссидентов, идите к иудейскому предисполкома Ироду, он исполнительная власть, пусть и решает. Пошли к Ироду,тот отнекивается, дескать не моя юрисдикция и вообще у меня вон Иродиада хуже Галины Брежневой себя ведет, а тут вы еще.

— Надо же, все как у людей!

— В том и смысл. Ну вот, пошли опять к Пилату, тот дал наконец санкцию, но с оговорками, как обычно: «Я умываю руки, под вашу ответственность, я докладную напишу, перегибы на местах и т.д.» А Христа уже распяли.

©

бу двигатели ferrari

0
0